Судебная практика по кражам

Содержание
  1. Статья 158. Кража
  2. Кража или находка. Разграничение и судебная практика
  3. – все члены группы, были детально проинструктированы Азизовой И. о линии поведения, которой надлежало придерживаться в случае, если проведенная сделка по купле либо продаже иностранной валюты станет предметом разбирательства правоохранительных органов – в такой ситуации, Азизовой И. было определено, что тот член группы, в отношении которого будет установлено проведение незаконной валютной операции, должен сразу и безоговорочно признавать факт совершения административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.15.25 КоАП РФ, и признавать сумму, на которую была проведена данная операция – что бы сотрудники правоохранительных органов ограничились лишь изъятием данной суммы, и не проводили более детальную проверку, результатом которой могло бы стать изъятие более крупных сумм оборотных и незаконно полученных в качестве дохода денежных средств, а так же установление всех обстоятельств и пресечение всей незаконной банковской деятельности группы в целом (приговор вступил в законную силу 07.08.2018 г.)
  4. Кража и проблема ее квалификации
  5. Кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище, но с согласия его собственника
  6. Хищение чужого имущества совместно с лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности… :: Прокуратура Красноярского края

Статья 158. Кража

 Судебная практика по кражам

Статья 158. Кража

1. Кража, то есть тайное хищение чужого имущества, –

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Кража, совершенная:

а) группой лиц по предварительному сговору;

б) с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище;

в) с причинением значительного ущерба гражданину;

г) из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем, –

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до одного года или без такового, либо лишением свободы на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до одного года или без такового.

3. Кража, совершенная:

а) с незаконным проникновением в жилище;

б) из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода;

в) в крупном размере;

г) с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 настоящего Кодекса), –

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до полутора лет или без такового, либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового и с ограничением свободы на срок до полутора лет либо без такового.

4. Кража, совершенная:

а) организованной группой;

б) в особо крупном размере, –

наказывается лишением свободы на срок до десяти лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

Примечания. 1. Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

2. Значительный ущерб гражданину в статьях настоящей главы, за исключением части пятой статьи 159, определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее пяти тысяч рублей.

3. Под помещением в статьях настоящей главы понимаются строения и сооружения независимо от форм собственности, предназначенные для временного нахождения людей или размещения материальных ценностей в производственных или иных служебных целях.

Под хранилищем в статьях настоящей главы понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

4. Крупным размером в статьях настоящей главы, за исключением частей шестой и седьмой статьи 159, статей 159.1 и 159.5, признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей, а особо крупным – один миллион рублей.

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 31.05.2017 N 91П17Требование: О возобновлении производства по делу ввиду новых обстоятельств.

Решение: Требование удовлетворено, поскольку Европейским Судом установлено нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с тем, что срок содержания заявителя под стражей продлевался по основаниям, которые не могут считаться достаточными для обоснования столь длительного лишения его свободы.

По приговору Ленинского районного суда г. Пензы от 8 июня 2010 г. Рудаков осужден по ч. 3 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ) с применением ст. 64 УК РФ к 11 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 31.05.2017 N 88П17Требование: О возобновлении производства по делу ввиду новых обстоятельств.

Решение: Требование удовлетворено, поскольку Европейским Судом установлено нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с тем, что срок содержания заявителя под стражей продлевался по основаниям, которые не могут считаться достаточными для обоснования столь длительного лишения его свободы.

По приговору Санкт-Петербургского городского суда от 15 февраля 2006 г. Денисов осужден по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 209, п. п. “е”, “з”, “к” ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. п.

“а”, “б”, “е”, “з” ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 30, п. п. “а”, “е”, “з” ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 126, п. “а” ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 222, ч. 3 ст.

223 УК РФ, к пожизненному лишению свободы в исправительной колонии особого режима.

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 31.05.2017 N 101П17Требование: О возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств.

Решение: Требование удовлетворено, поскольку Европейский Суд по правам человека констатировал нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с чрезмерно длительным содержанием заявителя под стражей, что является основанием для возобновления производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств.

По приговору Октябрьского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 7 мая 2010 г. Сморчков был осужден по совокупности преступлений, предусмотренных п. п. “а”, “б” ч. 4 ст. 158, ч. 4 ст. 174.1, ч. 3 ст. 186 УК РФ, к 12 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Сморчков был оправдан по ч. 3 ст. 186 УК РФ (по эпизоду обвинения в сбыте поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации достоинством по 100 рублей на общую сумму 2700 рублей) на основании п. 2 ч. 1 ст.

24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, за ним признано право на реабилитацию.

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 01.06.2017 N 44-АПУ17-8Приговор: Осужденные-1, 2 – по п. п. “ж”, “з” ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство; осужденный-1 – по ч. 4 ст. 150 УК РФ за вовлечение несовершеннолетнего в совершение убийства.Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения.

Ефремов А.В., судимый: 1) 10 марта 2016 года по ч. 3 ст. 30 и п. “а” ч. 2 ст. 158 УК РФ к 60 часам обязательных работ (наказание отбыто 4 мая 2016 года); 2) 12 августа 2016 года по п. “а” ч. 2 ст. 158, п. “б” ч. 2 ст. 158, п.

“б” ч. 2 ст. 158 УК РФ к 140 часам обязательных работ; 3) 10 января 2017 года по п. п. “а”, “в” ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 12.08.2016 г.

) к 1 году 15 дням лишения свободы;

Источник: https://legalacts.ru/kodeks/UK-RF/osobennaja-chast/razdel-viii/glava-21/statja-158/

Кража или находка. Разграничение и судебная практика

 Судебная практика по кражам

Статья посвящена отграничению понятий «кража» и «находка» в законодательстве РФ, анализу судебной практики, а также содержит рекомендации к тому, как действовать в случае, если Вы нашли какую-либо вещь и избежать уголовного наказания за это.

«Кража или находка» — лишь название статьи. На самом деле это в корне разные понятия. Мы постарались написать об этом наиболее доступным языком.

к оглавлению ↑

Понятие кражи в уголовном праве

Совершение кражи считается оконченным с того момента, когда лицо имело реальную возможность распоряжаться имуществом по своему усмотрению (подарить, продать и т.д.)

По смыслу ст.158 УК РФ «Кража» — тайное хищение чужого имущества. Более расширенное толкование тайного хищения чужого имущества содержит Постановление Пленума Верховного суда РФ от 27.12.2002г. №27.

Во втором пункте рассматриваемого документа понятие тайного хищения определяется как действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них.

к оглавлению ↑

Понятие находки

Понятие находки можно сформулировать исходя из положений Гражданского кодекса, а именно ст.227 ГК РФ. Так, находка — это обретение утраченного владельцем имущества, а также непосредственно найденная вещь.

Эта же статья ГК РФ обязывает нашедшего сообщить о потерянной вещи потерявшему ее лицу и возвратить найденную вещь собственнику или кому-либо другому из известных ему лиц.

Что делать, если Вы нашли что-либо, а о лице, потерявшем эту вещь неизвестно ничего? В таком случае, согласно ч.2 чт.227 ГК РФ Вы обязаны сообщить о находке в полицию или орган местного самоуправления.

к оглавлению ↑

Отличие кражи от находки

Кража или находка? Этот вопрос долгое время был дискуссионным и волновал как юридическое сообщество, так и граждан, нашедших что-либо. К счастью, на данный момент вопрос отграничения находки от кражи условно решен.

Почему условно? Потому как следует иметь в виду, что разграничение находки от кражи осуществляется из обстоятельств каждого отдельного случая, когда лицо обращает найденную вещь в свою пользу.

К признакам кражи относят:

  1. Завладение чужим имуществом.

Таким образом, если собственник заведомо Вам неизвестен, то Вы не можете считать это имущество чужим.

2. Хищение совершается путем изъятия чужого имущества.

Так, если Вы не предпринимали никаких действий по изъятию имущества у собственника, то это также не будет уголовно наказуемым.

3. Противоправность

Противоправность предполагает незаконный характер передачи имущества, на которое лицо не имеет права.

4. Причинение собственнику ущерба

В случае с находкой реального ущерба собственнику Вы не причиняете, поскольку вещь утеряна, а, следовательно, она выбыла из собственности.

5. Корыстная цель (Получение материальной выгоды)

Действие будет являться кражей, когда имеются все признаки. Если одного из них нет — нет и состава преступления.

к оглавлению ↑

Кража или находка. Судебная практика

Из анализа судебной практики мы приходим к выводу о том, что помимо вышеописанных признаков существует еще и понятие оставления собственником имущества на непродолжительное время в общественном месте.

Так, если человек, находящийся в общественном месте (вокзал, аэропорт, остановка общественного транспорта, скверы и др.) или в своем авто, ненадолго отлучился, оставив свои вещи, а Вы посчитали их находкой, то это, с точки зрения ВС РФ, является кражей.

Ваши действия при наступлении таких обстоятельств предопределяются сдачей найденных вещей собственнику здания, группы розыска багажа (если Вы находитесь на вокзале или в аэропорту).

Следовательно, будем считать, что присваивать чужие вещи, оставленные в общественных местах, равносильно краже.

Так, одним из судов Респ.Карелия была осуждена гражданка К., взявшая в холле поликлиники чужой мобильный телефон. Сотовый аппарат оставил один из пациентов , который ушел, забыв по рассеянности телефон. Через некоторое время человек спохватился и вернулся, но аппарата уже не было.

В суде защита женщины пыталась доказать вину хозяина, оставившего без присмотра свою вещь. Мол, телефон не похищен, а найден. По мнению адвоката, прямого умысла на завладение чужим имуществом у женщины не было.

Активных действий по изъятию телефона из владения потерпевшего она не предпринимала. То есть сама никому в карман не залезла.

Найденным телефоном не распоряжалась, а добровольно выдала, когда к ней обратились по этому поводу.

Нижестоящие суды осудили женщину по статье «кража». Защита дошла до Верховного суда РФ, пытаясь обжаловать приговор. Однако Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда России признала вынесенные решения совершенно законными.

Из определения суда: телефон не был утерян, а был оставлен в помещении поликлиники в известном собственнику месте. Причем хозяин отлучался на непродолжительное время, а после обнаружения пропажи попытался дозвониться на свой номер.

к оглавлению ↑

Что делать в случае находки

Выше мы разобрались, что вещи, найденные в общественных местах ни в коем случае брать нельзя. Их необходимо передать хозяину здания, заведения или отнести в группу розыска.

Если найденная вещь не находилась в общественном месте, а ее собственник неизвестен, то для признания ее Вашей собственностью необходим следующий порядок действий:

При этом совсем не обязательно сдавать вещь в полицию или иной орган. Вы вправе взять ее на «ответственное хранение».

  1. Заявить о находке в полицию или в орган местного самоуправления
  2. Если в течение шести месяцев с момента заявления о находке (пункт 2 статьи 227) не будет установлен собственник вещи или сам не заявит о своем праве на вещь нашедшему лицу либо в соответствующий орган, то нашедший вещь приобретает право собственности на нее.

Надеемся, что наша статья была полезной для Вас. Читайте другие материалы на нашем сайте и делитесь интересными на Ваш взгляд! Хорошего дня!

Источник: https://xn--80aatfaam2bmhem6m.xn--p1ai/rubrics/ugolovnoe-pravo/krazha-ili-nahodka/

– все члены группы, были детально проинструктированы Азизовой И. о линии поведения, которой надлежало придерживаться в случае, если проведенная сделка по купле либо продаже иностранной валюты станет предметом разбирательства правоохранительных органов – в такой ситуации, Азизовой И. было определено, что тот член группы, в отношении которого будет установлено проведение незаконной валютной операции, должен сразу и безоговорочно признавать факт совершения административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.15.25 КоАП РФ, и признавать сумму, на которую была проведена данная операция – что бы сотрудники правоохранительных органов ограничились лишь изъятием данной суммы, и не проводили более детальную проверку, результатом которой могло бы стать изъятие более крупных сумм оборотных и незаконно полученных в качестве дохода денежных средств, а так же установление всех обстоятельств и пресечение всей незаконной банковской деятельности группы в целом (приговор вступил в законную силу 07.08.2018 г.)

 Судебная практика по кражам
sh: 1: –format=html: not found

ДОКУМЕНТЫ СУДА

СПРАВКА по результатам изучения судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности в 2018 году, в январе-мае 2019 года

СПРАВКА по результатам изучения судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности в 2018 году, в январе-мае 2019 года

СПРАВКА

Верховного Суда Республики Крым

по результатам изучения судебной практики

по уголовным делам о преступлениях

в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности

в 2018 году, в январе-мае 2019 года

Во исполнение поручения Верховного Суда Российской Федерации № 7-ВС-3550/19 от 29 мая 2019 года проведен анализ судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, предусмотренных статьями 159-1593, 1595, 1596, 160, 165, 1701, 171, 1711, 1713-1723, 1731-1741, 176-178, 180, 181, 183, 185-1854, 190-1994, 2001-2003, 201, 210 УК РФ, рассмотренным в 2018 году и январе-мае 2019 года, в ходе которого изучены уголовные дела соответствующей категории, соответствующие судебные решения, в том числе решения вышестоящих инстанций, справки районных судов республики, в том числе по результатам изучения соответствующей практики рассмотрения дел анализируемой категории мировыми судьями республики.

В период с января 2018 года по 31 мая 2019 года судами республики (в том числе мировыми судьями) всего рассмотрено 30 уголовных дел анализируемой категории в отношении 34 лиц, из которых:

– осуждено 22 лица:

– прекращено дел в отношении 11 лиц, в отношении 4 из которых по реабилитирующим основаниям судами апелляционной и кассационной инстанций, в отношении остальных по основаниям, предусмотренным ст. 75 (1 лицо), 762 (5 лиц), 78 (1 лицо) УК РФ.

В отношении 1 лица уголовное дело возвращено прокурору судом апелляционной инстанции после отмены приговора.

Из анализируемой категории дел на рассмотрении судов находились дела о преступлениях, предусмотренных: ч.1 ст. 159; ч. 3 ст. 159; ч. 4 ст. 159; ч.1 ст. 160; ч.3 ст. 160; ч. 4 ст. 160; ч. 1 ст. 171; п.

«а,б» ч. 2 ст. 172; п. «б» ч. 2 ст. 171; ч. 6 ст. 1711; п. «б» ч. 2 ст. 1713; ст. 1714; п. «а» ч. 4 ст. 1741; ст. 1744; ст. 177; ч. 1 ст. 180; ч. 1 ст. 1992 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По одному уголовному дело 2 лица совершили преступление, предусмотренное ч. 6 ст. 1711 УК РФ, в группе по предварительному сговору, по другому делу 2 лица совершили преступление, предусмотренное п.п. «а», «б» ч.2 ст. 172 УК РФ, организованной группой.

Судебная практика

Результаты изучения судебной практики рассмотрения дел соответствующей категории показали, что в заданном периоде проблемы у судов возникли лишь при квалификации деяний, предусмотренных ст. 1741 УК РФ. В целом же проблем правоприменения, касающихся уголовно-правовой квалификации, у судей республики не возникало.

При рассмотрении дел указанной категории, кроме Конституции Российской Федерации, уголовного и уголовно-процессуального законодательства, законодательства в области гражданского, банковского, налогового и иных отраслей права, судьи республики также используют разъяснения, изложенные в постановлениях Пленума Верховного Суда республики Крым от 15 ноября 2016 года № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности», № 48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

При этом вопросов, связанных с применением разъяснений (касающихся уголовно-правовой квалификации), содержащихся в вышеперечисленных постановления Пленума, у судей не возникло.

Как уже отмечалось, вопросы возникли лишь при применении разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 г.

№ 32 “О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем”, во взаимосвязи с положениями ст. 3 Федерального закона от 7 августа 2001 г.

№ 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», в той части указанных нормативных документов, которые разъясняли – что необходимо понимать под легализацией денежных средств и иного имущества, полученных в результате преступления.

При этом по данному вопросу на сегодняшний день судьи республики трудностей не испытывают, поскольку тщательно изучена и проанализирована соответствующая судебная практика, проведены занятия с судьями (случаи описаны в пункте 1 справки).

По вопросам программы

1.

В ходе изучения судебной практики рассмотрения судами республики уголовных о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, установлен случай изменения (государственным обвинителем в судебном заседании) первоначального обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, в сфере предпринимательской деятельности, в связи с неправильной квалификацией органами предварительного расследования по признаку субъекта преступления.

Так, уголовное дело по обвинению Аксенова поступило в Бахчисарайский районный суд РК с квалификацией его деяний по двум эпизодам части 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Источник: http://vs.krm.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=17

Кража и проблема ее квалификации

 Судебная практика по кражам

Топурия Б.Л.
Российский государственный университет правосудия
студент 2 курса

Конституция Российской Федерации в части 2 статьи 8 провозглашает, что в России признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности и государство гарантирует их неприкосновенность [1]. Для реализации данных положений Конституции России, уголовным кодексом РФ устанавливается ответственность за совершение хищений.

В уголовном законодательстве под хищением понимается совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества [2].

Из легального определения хищения можно сделать вывод о том, что корыстная цель всегда имеет место, когда чужое имущество противоправно безвозмездно изымается и (или) обращается в пользу виновного или других лиц, круг которых не ограничен [3].

В зависимости от способа совершения преступления в Уголовном кодексе Российской Федерации выделяются пять форм хищения: кража, мошенничество, присвоение или растрата, грабеж, разбой [4].

Кража является самым распространенным преступлением против собственности [5], и одним из внешних характеристик общественно опасного деяния против собственности, является причинение материального ущерба собственнику или иному владельцу имущества.

Актуальной проблемой при квалификации кражи представляется не правильное толкование понятий тайного и открытого хищения чужого имущества, а так же было ли совершено деяние с корыстной целью.

В связи с этим для обеспечения правильной квалификации деяния преступника, пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем постановлении дает судам разъяснение, что как тайное хищение чужого имущества следует квалифицировать действия лиц, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но не заметно для них (Пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

В тех случаях, когда потерпевший или иные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное является тайным хищением чужого имущества.

Рассмотрим сказанное на примере:

«Жительница небольшого поселка П., проходя по улице, заметила на крыльце одного из соседних домов К., известного пьяницу и нечистого на руку человека. Ей показалось подозрительным поведение К. Она спросила К., что он делает на чужом крыльце, на что последний в грубой форме ответил, что это ее не касается, и потребовал, чтобы П.

шла своей дорогой. Через некоторое время П., находясь у себя дома, в окно увидела К., который шел по улице с большим свертком на плече. Вечером обнаружилась у соседей пропажа домашних вещей. П. сообщила о виденном ею и о своих подозрениях в милицию. При обыске у К. были найдены похищенные вещи, и он признался в хищении.

Следственные органы квалифицировали действия К. как открытое хищение чужого имущества (грабеж), поскольку П. видела виновного, когда он готовился проникнуть в чужое жилище и когда нес похищенное. Однако суд не согласился с такой квалификацией и расценил действия К.

как кражу, поскольку сам момент непосредственного изъятия имущества никто не видел» [6].

Не смотря на то что жительница поселка заметила гражданина К на крыльце чужого дома, и исходя из его негативной характеристики предполагала возможность совершения им противоправного деяния, в момент совершения хищения она отсутствовала. На этом основании действия гражданина К должно квалифицировать как кражу.

Объектом кражи выступают отношения собственности, а предметом чужое имущество. И стоит обратить внимание, что предметом данного преступления может выступать только материальная движимая вещь, в том числе деньги и ценные бумаги [7].

Важно понимать, что кража совершается только путём изъятия, то есть для её окончания необходимо физическое перемещение предмета хищения. Поэтому, например недвижимое имущество предметом кражи быть не может.

Важными признаками, характеризующими субъективную сторону состава преступления, является его мотив и цель. В уголовном праве мотив преступления определяется как сознательное побуждение к совершению общественно-опасного деяния. Что же касается цели преступления, то под ней принято понимать тот конечный результат, к достижению которого направлена воля субъекта преступления [8].

В уголовном праве определяется, что изъятие и (или) обращение всегда совершается с корыстной целью, то есть с целью обогащения [9].

Корыстная цель выступает обязательным элементом субъективной стороны кражи личного имущества. Корыстная цель понимается, как цель приобрести неправомерную имущественную выгоду для себя или другого лица.

Рассмотрим сказанное на примере судебной практики:

«Грязинской межрайонной прокуратурой Липецкой области для производства дополнительного дознания было возвращено уголовное дело, возбужденное в отношении У. по ч. 1 ст. 158 УК РФ по факту кражи денег в сумме 4200 рублей из кассы бильярдного клуба ООО «Софии».

В ходе дознания было установлено, что У. работала в клубе барменом без официального оформления трудовых отношений. 15 сентября 2008 г., находясь на своем рабочем месте, она взяла из кассы клуба денежную сумму в размере 4200 рублей и после этого на работу не вышла.

Основанием возвращения дела для производства дополнительного дознания послужило то обстоятельство, что в ходе расследования не были проверены доводы У.

о том, что из кассы ООО она самовольно забрала причитающуюся ей заработную плату за работу в сентябре. Руководством ООО ей было отказано в увольнении по собственному желанию и окончательном расчете, и У.

решила самостоятельно прекратить с работодателем трудовые отношения.

При проведении дополнительного дознания показания последней нашли свое подтверждение, и уголовное дело в отношении У. было прекращено за отсутствием в ее действиях состава преступления» [10].

Решение о прекращении уголовного дела принято обоснованно, поскольку, хотя У. денежные средства из кассы и были взяты самовольно, в ее действиях отсутствовал умысел на безвозмездное завладение имуществом ООО, а, следовательно, и корыстная цель.

Таким образом, следует констатировать, что установление обязательного признака субъективной стороны кражи личного имущества, – корыстной цели, представляет определенную сложность и в каждом конкретном случае требует полного и досконального исследования всех обстоятельств дела.

В заключение работы следует отметить, что уголовное право Российской Федерации одна из наиболее активно развивающихся отраслей законодательства. За последние годы законодатель неоднократно вносил изменения и дополнения в гл. 21 УК РФ, добавляя новые составы преступлений и переписывая действующие.

Учитывая тот факт, что кража одно из самых распространённых преступлений в Российской Федерации, важным является правильная квалификация данного преступления, более внимательное и всестороннее рассмотрение и изучение обстоятельств дела.

[1] Конституция Российской Федерации (принята всенародным анием 12 декабря 1993 г.). Официальный текст Конституции РФ с внесенными поправками от 21 июля 2014 г. [2] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»//СПС «КонсультантПлюс» [3] Пантюшин И. С. Цель кражи // Общество и право. 2009 №1(23). С. 28-30 [4] Уголовный кодекс Российской Федерации (принят Государственной Думой 24 мая 1996 года; Одобрен Советом Федерации 5 июня 1996 года) //СПС «КонсультантПлюс» [6] Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. доктора юридических наук, профессора Г.Н.Борзенкова, доктора юридических наук, профессора В. С. Комисcарова – М.: ИКД «Зерцало-М», 2002. С. 322 [7] Уголовное право России. Части Общая и Особенная. 2-е издание: Учебник / Под ред. А. В. Бриллиантова. М.: Проспект, 2017. C. 481 [8] Мусаев М. М. Всегда ли кража преследует корыстную цель? // Бизнес в законе. 2007 №3. [9] Простосердов М. А. Преступления против собственности: Учебное пособие. – М.: РГУП, 2017. С. 20. [10] Пантюшин И. С. Указ. соч. С. 29.

Источник: http://femida-science.ru/index.php/home/vypusk-9/item/289-krazha-i-problema-ee-kvalifikatsii

Кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище, но с согласия его собственника

 Судебная практика по кражам

Пунктом «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (с изменениями и дополнениями) (далее – УК РФ) предусмотрена уголовная ответственность за кражу, совершенную с незаконным проникновением в жилище. В соответствии с примечанием к ст.

139 УК под жилищем понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

Как правило, при квалификации действий обвиняемого по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ у органа предварительного расследования особых вопросов не возникает, однако на практике могут встречаться интересные случаи.

Например, как квалифицировать действия лица, совершившего хищение из жилища потерпевшего, в котором оно оказалось именно для совершения хищения, но с согласия собственника жилища, предварительно обманув его относительно своих истинных намерений нахождения в жилище.

Исходя из позиции Пленума Верховного Суда РФ, а также правоприменительной практики, такие действия обвиняемого должны быть квалифицированы как кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» (с изменениями и дополнениями) (далее – постановление Пленума ВС РФ) под незаконным проникновением в жилище следует понимать противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. При этом п.

19 постановления Пленума ВС РФ разъясняет, что, решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, признака незаконного проникновения в жилище, необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в жилище, а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом.

Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило кражу, грабеж или разбой, в его действиях указанный признак отсутствует.

С учетом изложенного, Пленума Верховного Суда РФ связывает наличие квалифицирующего признака «незаконное проникновение» со временем формирования преступного умысла: если умысел на совершение хищения возник до проникновения лица в жилище, и лицо проникает в жилище именно с целью совершить хищение, то тогда его действия следует квалифицировать по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Противоправность вторжения в жилище определяется тем, как к такому вторжению заведомо для посягателя относятся лица, проживающие в жилище. Заведомая для посягателя противоправность предполагает осознание им того, что указанные лица против такого вторжения возражают.

Противоречие воли проживающих в жилище лиц выражается в прямом (физическом либо путем угроз) подавлении их сопротивления, в тайном вторжении в их отсутствие, а также во вторжении путем обмана, когда виновные проникают в жилище под видом, к примеру, сотрудников полиции, покупателей квартиры, пришедших по объявлению, под предлогом утолить жажду, а также под видом работников социальных служб.

В последнем случае, проникая в жилище посредством обмана, лицо заведомо осознает, что будучи осведомленным о его истинных целях собственник жилища никогда не даст согласия на пребывание в нем постороннего лица с преступными наклонностями, т.е.

обман используется как средство облегчения совершения хищения, поскольку в противном случае обвиняемому пришлось искать бы иной способ проникновения в жилище (ждать когда собственник покинет жилище, взламывать запорные устройства и т.д.). Указанная позиция четко прослеживается в постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 21 февраля 2007 г.

N 498-П06, в котором действия лица, проникшего в жилище потерпевшего под видом покупателя квартиры, а впоследствии под угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья завладевшего его имуществом, квалифицированы как разбой с незаконным проникновением в жилище.

Аналогичный подход использовался Верховным Судом СССР, который в постановлении Пленума от 5 сентября 1986 года N 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности» специально указывал на возможность квалификации действий виновного как проникновения в случаях, когда оно совершалось обманными действиями, т.е. введением потерпевшего в заблуждение путем предъявления подложных документов либо иным подобным способом.

Основная проблема на практике заключается в том, что, ставя наличие квалифицирующего признака «незаконное проникновение» в зависимость от субъективных факторов, законодатель устанавливает перед правоохранительными органами сложную задачу определения направленности и момента возникновения умысла обвиняемого во время совершения преступления.

В большинстве уголовных дел момент возникновения умысла на совершение кражи из жилища или помещения устанавливался только лишь на основании показаний обвиняемых.

Совершенно естественно, что данные лица будут использовать все возможные способы для своей защиты и утверждать, что умысел на совершение кражи у них возник уже после того, как они проникли в помещение или жилище.

Так, приговором Городищенского районного суда от 05.10.2016 признана виновной в совершении 2-х преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст.

158 УК РФ (кража с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба потерпевшему, по одному из эпизодов – группой лиц по предварительному сговору) 48-летняя жительница г. Покров Владимирской области, имевшая непогашенную судимость за совершение 7-ми преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст.

158 УК РФ, и ей с применением ч. 3 ст.

69 УК РФ с признанием в ее действиях опасного рецидива преступлений назначено наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы сроком на 1 год и 6 месяцев. В рамках рассмотрения уголовного дела в общем порядке судебного разбирательства факт совершения подсудимой указанных преступлений полностью нашел свое подтверждение.

Так, в ходе рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции было установлено, что в июле 2015 года обвиняемая, действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно проникнув в домовладение потерпевшего в г.

Городище Городищенского района Пензенской области, воспользовавшись тем, что ее сообщница (неустановленное следствием лицо), представившись социальным работником, отвлекла внимание потерпевшей, тайно похитила из мебельной стенки зальной комнаты домовладения ювелирные изделия (золотые серьги, кольцо и часы), общей стоимостью 93 000 рублей, тем самым причинив потерпевшей значительный ущерб. Она же, в сентябре 2015 года, действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно проникнув в домовладение потерпевшего в г. Кузнецке Кузнецкого района Пензенской области, представившись работником социальной службы, и, воспользовавшись отсутствием внимания со стороны потерпевшего, попросив написать заявление о предоставлении социальной выплаты на кухне домовладения, тайно похитила из серванта в зальной комнате домовладения денежные средства в сумме 117229 рублей, тем самым причинив потерпевшему значительный ущерб.

При рассмотрении уголовного дела подсудимая вину по п. «а» ч. 3 ст.

158 УК РФ не признала, пояснив, что в дома к потерпевшим она заходила с целью предложить им для продажи тюль и другие бытовые товары, социальным работником представлялась, чтобы наладить контакт с потенциальными покупателями, умысел на совершение кражи возникал уже в самих жилищах, когда она видела деньги и драгоценности, в дома она заходила каждый раз с согласия собственников. Кроме того, подсудимая и ее защитник просили квалифицировать ее действия как кражи с причинением значительного ущерба потерпевшим, учесть в ее действиях простой рецидив преступлений и назначить наказание, не связанное с лишением свободы.

Однако суд в приговоре в соответствии с позицией государственного обвинителя к данным доводам отнесся критически, указав, что заявленное обвинение и квалификация действий подсудимой именно по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ при рассмотрении уголовного дела полностью нашли свое подтверждение.

В частности оценка была дана таким обстоятельствам, как выбор подсудимой потерпевших, в дома которых она незаконно проникала (одиноко проживающие пенсионеры), незначительное время нахождения в домах потерпевших и отточенный алгоритм действий подсудимой и ее сообщницы (представление работниками социальной службы с целью получения доступа в жилище потерпевшего, установление мест хранения денежных средств и иных ценностей и последующее отвлечение внимания потерпевших написанием заявления о предоставлении социальной выплаты, удаление обманным путем потерпевших из комнаты, где хранились денежные средства и ценности (под предлогом принести документы, необходимые для написания заявления), а также препятствование обзору потерпевшего сообщницей в дверном проеме комнаты, быстрое удаление из домовладений потерпевших сразу после завладения имуществом), аналогичный алгоритм действий при совершении 7-ми эпизодов хищений, установленных приговором районного суда Тульской области, на основании которого подсудимая имела непогашенную судимость, незначительное время нахождения подсудимой в населенных пунктах в день совершения хищения (каждый раз не более часа), отсутствие у подсудимой сумок с имуществом для продажи в момент проникновения в жилище, а также показания потерпевших о том, что подсудимая и ее сообщница ничего не предлагала им для продажи, а сразу представлялась социальным работником, показания свидетеля – лица, возившего подсудимую и ее сообщницу по городам России на автомобиле, указавшего, что в разговоре с ним подсудимая говорила, что целью ее поездок является именно хищение денежных средств и ценного имущества у граждан.

Приговор Городищенского районного суда не обжаловался и вступил в законную силу.

С учетом изложенного, в ситуации, когда лицо совершает кражу из жилища потерпевшего, в котором оно оказалось именно для совершения кражи, но с согласия собственника жилища, предварительно обманув его относительно своих истинных намерений нахождения в жилище, его действия необходимо квалифицировать как кражу с незаконным проникновением в жилище по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

По материалам, предоставленным прокуратурой Городищенского района.

Источник: http://www.procpenza.ru/answer/651

Хищение чужого имущества совместно с лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности… :: Прокуратура Красноярского края

 Судебная практика по кражам

Солнечной постоянной сессией Советского районного суда г.Красноярска 11 апреля 2007 г.  гражданин Я. осужден  по ч.4 и ч.5 ст.ЗЗ, ч.З ст.158 УК РФ, а гражданка Ф. – по ч.3 ст.158 УК РФ.

Ф. осуждена за то, что 9 сентября 2006 года по предварительному сговору с Г., в возбуждении уголовного дела в отношении которой отказано за недостижением возраста уголовной ответственности, воспользовавшись указанием Я.

о том, что дверь квартиры слбственника жилья открыта и тот вместе с Я. пошел продавать раскладушку, незаконно проникли в квартиру  г. Красноярска, откуда тайно похитили принадлежавшее собственнику имущество на сумму 2941 руб.

, причинив потерпевшей значительный ущерб;

Я. осужден за то, что 9 сентября 2006 года предоставил Ф. информацию об открытой двери  квартиры , предложил ей проникнуть в квартиру, совершить оттуда кражу и в дальнейшем поделиться похищенным, тем самым совершил подстрекательство и пособничество в совершении кражи с незаконным проникновением в жилище.

Квалифицируя действия Я. и Ф. как совершенные группой лиц по предварительному сговору, суд исходил из того, что кража из квартиры  совершена с участием не достигшей возраста уголовной ответственности Г.

Между тем по смыслу ст. 158 УК РФ и с учетом разъяснения, содержащегося в п.

12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года (с учетом изменений, внесенных Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 года) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» действия лиц, похитивших чужое имущество по предварительному сговору, следует квалифицировать по признаку «группа лиц по предварительному сговору», если в совершении этого преступления совместно участвовали два или более исполнителя, которые в силу ст. 19 УК РФ подлежат уголовной ответственности за содеянное.

Как признано установленным по делу, Ф. кражу имущества из квартиры совершила совместно с Г., в возбуждении уголовного дела в отношении которой отказано за не достижением возраста уголовной ответственности; Я., подстрекнувший Ф. на совершение данного преступления и оказавший в этом пособничество, непосредственного участия в изъятии похищенного не принимал.

При таких данных, исходя из вышеизложенных требований закона, действия виновных не могли быть квалифицированы как совершенные группой лиц по предварительному сговору, в связи с чем указанный квалифицирующий признак судебной коллегией по уголовным делам краевого суда  исключен из обвинения Я. и Ф. со снижением назначенного наказания.

****

Приговором Зеленогрского городского суда от 16 апреля 2007 г. Б. осужден по ч.1 ст.132 УК РФ с применением ст.88 УК РФ к 2 годам лишения свободы, по п.б ч.2 ст.132 УК РФ с применением ст.88 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании ч.3 ст.69 УК РФ назначено 3 года 2 месяца лишения свободы с отбыванием в воспитательной колонии.

15 июля 2005 г. около 14-15 часов Б. вместе с К., в отношении которого уголовное преследование прекращено в связи с недостижением возраста, с которого наступает уголовная ответственности, находясь на чердаке дома №24 по ул.

Мира, высказывая угрозы нанесением побоев  в адрес потерпевшего, после чего, нанеся последнему множественные удары кулаками и ногами, совершил с потерпевшим насильственные действия сексуального характера – половой акт орально.

В этот же день, то есть 15 июля 2005 г. около 16 часов Б., находясь в подъезде дома ул.Парковая, угрожая потерпевшему избиением, совершил с последним насильственные действия сексуального характера – половой акт орально.

Приговор изменен по кассационному представлению прокурора по следующим основаниям.

Как правильно было установлено в ходе судебного разбирательства, 15 июля 2005 г. около 14-15 часов Б. действия сексуального характера совершил совместно с лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности К., который, согласно ст.

20 УК РФ, не является субъектом преступления и в отношении которого отказано в возбуждении уголовного дела. В связи с чем, по данному преступлении., суд ошибочно квалифицировал действия  Б.

в указанной части , как совершенное группой лиц по предварительному сговору , поскольку совместное совершение преступления с лицом, не подлежащим уголовной ответственности в силу малолетнего возраста, не может быть признано соучастием.

С учетом изложенных обстоятельств, указанный квалифицирующий признак, предусмотренный п.б ч.2 ст.132 УК РФ – «группой лиц по предварительному сговору» судебной коллегией исключен из объема обвинения Б. и его действия по преступлению, совершенному  им 15 июля 2005 г.

около 14-15 часов в отношении потерпевшего переквалифицированы на ч.1 ст.132 УК РФ, как иные действия сексуального характера с применением насилия и с угрозой его применения к потерпевшему,  назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы.

Наказание, назначенное по совокупности преступлений, снижено до 2 лет 10 месяцев лишения свободы.

Источник: http://www.krasproc.ru/law/quest/9-khishchenie-chuzhogo-imushchestva-sovmestno-s-litsom-ne-dostigshim-vozrasta~

Юр-защитник
Добавить комментарий